Научно-технологическое развитие Российской Федерации

«Мы еще не дошли до той точки, когда государство может успокоиться»

С чем подошли к финишу участники Проекта 5-100 и нужна ли ему на замену новая программа повышения конкурентоспособности вузов, читайте в репортаже Indicator.Ru с дискуссии на VII ежегодной национальной выставке «ВУЗПРОМЭКСПО».

«Мы хорошо сдвинулись в рейтингах»

Проект повышения мировой конкурентоспособности ведущих российских университетов среди ведущих мировых научно-исследовательских центров, известный как Проект 5-100, стартовал в 2013 году. В течение семи лет 21 вуз-участник получал субсидии на развитие науки, экспорта образования, обновление кадрового состава, создание собственных международных брендов и другие направления. В совокупности эти меры должны были привести не менее пяти российских вузов в топ-100 мировых рейтингов.

Коротко о результатах проекта на «ВУЗПРОМЭКСПО» рассказал заместитель министра науки и высшего образования Андрей Омельчук. Он подчеркнул, что даже те вузы, которые «не добежали» до высоких позиций в рейтингах, получили немалую пользу по всем этим направлениям. Ученые этих университетов стали активнее публиковаться; кадровый состав в них существенно изменился — 21% научно-педагогических работников в вузах 5-100 составляют молодые сотрудники, это в два раза выше, чем в среднем в российских университетах; средний балл ЕГЭ абитуриентов этих вузов превысил 83, и 52% победителей школьных олимпиад поступают именно к ним. Интернационализация тоже сработала в пользу участников проекта — каждый пятый иностранный студент и каждый второй иностранный исследователь в России работает в одном из вузов 5-100. Поэтому критиковать проект на том основании, что он требовал от вузов только продвижения в рейтингах и не ориентировал их на задачи страны, неправильно, считает Омельчук. Например, именно логика составления мировых рейтингов заставила участников Проекта 5-100 вкладываться в развитие науки и технологий: создавать центры коллективного пользования, малые инновационные предприятия, проводить больше разработок.

«И конечно, мы хорошо сдвинулись в рейтингах — с точки зрения количества вузов, которые входят в топ-100 предметных рейтингов, в топ-200, в топ-500, и, естественно, по количеству вузов, которые в принципе присутствуют в этих рейтингах», — подытожил заместитель министра. Формально задачи проекта перевыполнены — если учитывать предметные и отраслевые рейтинги, уже восемь российских вузов входят в первые сотни. Но, с другой стороны, в топ-100 общих институциональных рейтингов QS, THE и ARWU никто из участников проекта не попал.

Участвовавшие в дискуссии ректоры вузов подчеркнули, что Проект 5-100 прежде всего изменил подходы к развитию российских университетов. Он заставил трансформировать все процессы и создать инфраструктуру, которая привлекает таланты, отметила ректор МИСиС Алевтина Черникова. Он позволил российским университетам заявить о себе на мировом уровне, подчеркнул ректор МФТИ Николай Кудрявцев — Физтех вообще впервые подал документы на участие в рейтингах в 2013 году. В отличие от предыдущих программ, отметил ректор ТГУ Эдуард Галажинский, Проект 5-100 затрагивал все сферы жизни университетов. Это заставило вузы определить собственную модель для продвижения на международном уровне:

Потребовались колоссальные усилия, чтобы осознать собственную идентичность и принять, на что мы делаем ставку, а от чего отказываемся.

«Перешел через дорогу — и вернулся в Тюмень на 20 лет назад»

Модератор дискуссии вице-губернатор Санкт-Петербурга Владимир Княгинин обратился к участникам с главным вопросом: создал ли Проект 5-100 новую устойчивую модель российского вуза? Ректоры МИСиС и МФТИ ответили на него на своих примерах. МИСиС, рассказала Черникова, удалось провести интеграцию науки и образования, привлечь к преподаванию и исследованиям выдающихся ученых из российской научной диаспоры и «настоящих иностранцев». Следующая задача для вуза — научиться работать в области инноваций. МФТИ, по словам Кудрявцева, превращается в конгломерат нескольких «Физтехов» — научным школам в его составе переходит больше полномочий и самостоятельности, а связи с базовыми организациями больше не ограничиваются подготовкой «рабочих рук и голов». Будет ли устойчива новая модель — зависит от следующего поколения ученых и преподавателей.

На молодежь призвал надеяться и научный руководитель Института образования Высшей школы экономики Исак Фрумин. Он считает, что проект еще не реализовал свой потенциал и прерывается слишком рано: в других странах аналогичные программы повышения конкурентоспособности длились не меньше десяти лет. Только такой срок позволяет воспроизвести кадры. Пока молодые ученые и сотрудники российских вузов не готовы подхватить инициативы предшественников и сформировать модель университета будущего. По оценке Фрумина, «выдергивать морковку и смотреть, насколько она выросла», не нужно еще лет пять. Какую модель университета сформируют начинающие исследователи и преподаватели, предсказывать рано, но можно предположить, что это не условный Гарвард.

Глобальной моделью становится не модель маленького исследовательского университета с гигантским эндаументом. Если мы хотим, чтобы в мире было 300 очень сильных университетов, нет денег, чтобы у них у всех были эндаументы, как у Гарварда. Скорее всего, модель будет выглядеть примерно так — большой, неоднородный университет. <...> Будут и очень прикладные, технологические места, просто зарабатывающие деньги, и точки исследовательского превосходства. Вот Тюменский университет, огромный и разнородный. Приезжаешь в Школу перспективных исследований — как будто ты в Принстоне. Перешел через дорогу — и вернулся в Тюмень на 20 лет назад. И это нормально, так функционируют крупнейшие китайские университеты.

Эдуард Галажинский тоже считает, что процесс развития университетов 5-100 далек от завершения: благодаря проекту выделилась группа российских вузов с амбициями стать университетами мирового класса. Они включились в интернациональные системы высшего образования и науки, начали развивать сложнейшие междисциплинарные направления и стали ориентиром для остальных университетов в стране. Но процесс развития до «мирового класса» будет еще долгим, особенно с учетом разницы бюджетов российских университетов и их зарубежных образцов и конкурентов.

«В конкуренцию мы уже наигрались»

Остальные участники дискуссии продемонстрировали единодушие: Проект 5-100 завершается, потому что у вузов появились новые задачи, но лучшее из него вбирает в себя Программа стратегического академического лидерства. «Мы немного добавляем и расширяем состав участников, понимаем, что вузы, которые должны быть в зоне внимания и в зоне поддержки со стороны государства, — это не только пул очевидных лидеров», — пояснил Андрей Омельчук и подчеркнул, что в определенном смысле проект продолжается.

Ректор Университета ИТМО Владимир Васильев отметил, что проект выполнил свою задачу, и ориентироваться на зарубежные программы повышения конкурентоспособности не стоит: они все запускались раньше, а сейчас скорость изменений выросла. Наверняка и ПСАЛ через пять лет будет переформатирована. Зачем именно менять один проект на другой, рассказал проректор УрФУ Даниил Сандлер.

У нас по-прежнему фрагментированность компетенций, которые разбросаны по стране между Академией наук и вузами. Эти задачи остались и, наверное, будут решаться на новом этапе. А в конкуренцию, мне кажется, мы уже наигрались и можем переходить к кооперации.

Не потеряется ли при переходе к внутренним задачам кооперации достигнутый в Проекте 5-100 уровень интернационализации? Вузы, как отметил модератор Владимир Княгинин, к переменам административного фокуса очень отзывчивы, и переписать стратегии развития под новые цели для них — не проблема. Тут участники дискуссии высказались с осторожным оптимизмом. Например, ректор ТГУ Эдуард Галажинский считает, что новая программа расширяет задачи, а не заменяет их, и те вузы, которые уже определились со своими амбициями стать университетами мирового класса, продолжат двигаться в этом направлении. Пример «положительной инерции» привел и Даниил Сандлер: на кадровые конкурсы в УрФУ внешние кандидаты заявляются даже тогда, когда их никто не ждет.

При всех этих амбициях и международных успехах вузы 5-100 еще не могут справиться с дальнейшим развитием без государственной поддержки, в том числе конкурсной. «Горизонт поддержки не может измеряться такими малыми цифрами. Мы понимаем, что, если мы перестанем поддерживать программы развития вузов, они не рухнут... Но мы на какое-то плато встанем. Никак нельзя потерять ту динамику, которую сейчас коллеги набрали... Мы еще не дошли до той точки, когда государство может успокоиться и сесть рядом, а вузы дальше будут поддерживать нас всех, и вкладывать в это не надо», — подвел итог дискуссии Омельчук.

Источник

Подписка на новости и события
Введите ваш email